Гипноз и внушение

Основной материал, касающийся взаимодействия второй сигнальной системы и эмоциональных реакций, получен в исследованиях на взрослых людях. Работы велись преимущественно в направлении изучения влияния слова на возникновение тех или иных эмоциональных состояний и получаемых физиологических сдвигов в реакциях организма. Наиболее распространенным приемом было использование словесного внушения в гипнотическом. Первые экспериментальные данные в этой области получены А. К. Ленцем (1922) и В. В. Срезневским (1924). Испытуемым внушали эмоции радости, горя, гнева и при это изучали изменение пульса, артериального давления, дыхания. Колебания показателей при внушенных эмоциональных состояниях соответствовали тем изменениям, которые регистрировались при действительном переживании этих эмоций.
Позднее аналогичный материал был получен в лаборатории Ф. П. Майорова в экспериментах с «внушенными возрастами»: испытуемому в гипнотическом сне внушали возраст более ранний или более поздний, чем его действительный, и оценивались изменения, возникавшие в характере реакций (Майоров, 1952; Майоров и Суслова, 1952).
Работами ряда авторов (Платонов, 1930, 1952, 1957; Симонов, 1962, и др.) экспериментально установлено, что слова, ассоциируясь с тем или иным эмоциональным состоянием, сами начинают вызывать это состояние, т. е. становятся эмоциогенным фактором. Такое воздействие слов оказывается очень стойким, трудно угасимым. К. И. Платонов (1957) обнаружил, что при словесном внушении (в гипнотическом сне) приятных переживаний происходило снижение артериального давления в среднем на 20 мм и замедление пульса в среднем на 8 ударов в 1 мин. При внушении беспокойного состояния, желания уйти от неприятной обстановки артериальное давление повышалось приблизительно на 8 мм, а пульс учащался до 120 ударов в 1 мин. Этот же автор приводит данные об изменении физической работоспособности при различных эмоциональных состояниях: при внушении радости работоспособность повышалась, хотя это происходило на фоне утомления от предыдущей работы; при внушении угнетенного состояния она падала.

Вес детей

На рост оказывают влияние труд, физическое воспитание, питание, бытовые и гигиенические условия, климат (умеренный климат благоприятен для роста), время года, наследственность, деятельность желез внутренней секреции (передней части аденогипофиза, половых желез, щитовидной железы, вилочковой железы и др.). Наиболее интенсивный рост наблюдается весной и летом (с марта по август).
За время роста длина тела взрослого человека по сравнению с длиной тела новорожденного увеличивается (в см) примерно в 3,5 раза, высота головы — в 2 раза, длина туловища — в 3 раза, длина руки — в 4 раза и длина ноги — в 5 раз.
Влияние условий жизни на физическое развитие детей проявляется быстрее в изменениях веса и окружности грудной клетки. Рост и ширина плеч и таза медленнее изменяются в зависимости от условий жизни и являются более устойчивыми показателями физического развития, особенно ширина таза, которая мало изменяется при неблагоприятных условиях.
Ширина плеч у мальчиков начинает превышать ширину таза с 6—7 лет.
Ширина плеч ежегодно увеличивается у детей особенно между 4—7 годами, у мальчиков этот ежегодный прирост больше, чем у девочек.
Вес. Строго пропорциональной зависимости между ростом и весом не существует, но, как правило, в одинаковом возрасте больший пес имеют более высокие дети. Темп увеличения веса наибольший на 1-м году жизни. К концу 1-го года вес увеличивается в 3 раза. Затем прибавление веса в год составляет в среднем 2 кг.

До 10 лет вес мальчиков и девочек приблизительно одинаков, имеется небольшое отставание у девочек. С 11 —12 лет девочки начинают обгонять в весе мальчиков в связи с формированием женского организма и прибавляют в год 4—5 кг, а к 14—15 годам — 5—8 кг. Это превышение веса сохраняется примерно до 15 лет, после чего мальчики опережают в весе девочек, и это превышение сохраняется в течение всей дальнейшей жизни. У мальчиков годовой прирост веса увеличивается с 13—14 лет до 7—8 кг. Имеются существенные отличия и в увеличении веса отдельных органов.

Возрастная периодизация

Изучение умственного и физического развития детей имеет очень большое значение, так как около половины населения приходится на детский, подростковый и юношеский возрасты.
Умственное и физическое развитие детей происходит неравномерно, скачками, поэтому предложено несколько схем деления детского возраста по анатомическим и физиологическим особенностям. Эти схемы являются условными, так как невозможно резко разграничить этапы развития детей и между ними существуют переходы. Морфологические и физиологические изменения происходят и в пределах одного и того же возрастного периода.
Большинство авторов придерживаются такой периодизации:
1. Период утробного детства.
2. Период новорожденности — 2—3 недели.
3. Грудной, младенческий период — до 1 года.
4. Первое детство, ясельный (преддошкольный возраст) — с 1 до 3—4 лет.
5. Второе детство (дошкольный возраст) — с 3—4 до 7 лет.
6. Младший школьный возраст — с 7 до 12 лет.
7. Средний школьный, или подростковый, возраст — с 12 до 15 лет.
8. Старший школьный, или юношеский, возраст — с 15 до 18 лет.
Преддошкольный и дополнительный периоды объединяются в период молочных зубов (с 1 до 6—7 лет).
Существует и такая периодизация:
1. Детство (от рождения до 7 лет):
а) грудной возраст — до 9 месяцев;
б) детский возраст — до 7 лет.
2. Отрочество — с 7 до 14 лет.
3. Юношество — с 14 до 20 лет.
Чем моложе ребенок, тем больше влияют на его физическое развитие благоприятные и неблагоприятные условия жизни, тем опаснее для него последние. Имеются значительные индивидуальные различия.
Нами будет рассмотрено физическое развитие детей школьного возраста по основным антропометрическим показателям — росту и весу.

Кортико-динамическая структура

А. Г. Иванов-Смоленский (1971) развивает далее представления о кортико-динамических структурах, складывающихся в мозге человека, простых и сложных. В тех случаях, когда имеются отношения, подобные описанным в опытах Г. Д. Народицкой (1934), условная реакция вызывается как непосредственным условным раздражителем, так и словом, которое ассоциировано с ним в прошлом опыте ребенка; они обозначаются как простая динамическая структура.
В других опытах Г. Д. Народицкой (1940) создавались более сложные условия развития обобщения словом: после образования положительной двигательной реакции при речевом подкреплении на изображение галки и тормозной — на изображение зебры все показываемые далее изображения птиц (страуса, попугая, воробья и т. д.) вызывали сразу положительный условный рефлекс, а изображения зверей — тормозные реакции.
Как механизм развития такой формы обобщения предполагалось формирование сложной динамической структуры (рис. 1). Из приведенной схемы видно, что, согласно концепции А. Г. Иванова-Смоленского (1971), простая кортико-динамическая система состоит как бы из двух этажей: 1) отражение непосредственного раздражителя в первой сигнальной системе (рис. 1, а, б); 2) отражение словесного обозначения во второй сигнальной системе (рис. 1,в, г). Сложная кортико-динамическая структура объединяет в одно целое три этажа восприятий: первый в первой сигнальной системе (А), далее второй (Б) и третий (В) — во второй сигнальной системе.
Проведенные в лаборатории А. Г. Иванова-Смоленского исследования на различных возрастных группах выявили, что чем младше дети, тем реже у них регистрируются проявления выработки сложных динамических структур: третий этащ в большийствё случаев еще отсутствует или же почти йё связай с нижележащими. Именно это обстоятельство объясняет ограниченные возможности получения словесного отчета у детей младшего возраста.

Поведение при психофармакотерапии онейроидных состояний

Упорядочение поведения при психофармакотерапии онейроидных состояний часто опережает изменения других сторон психопатологической картины, когда внешне упорядоченные (хотя еще несколько заторможенные или немного растерянные) больные обнаруживают при углубленном исследовании сохраняющиеся сновидные фантастические переживания. Вначале такая динамика считалась характерной для действия аминазина, затем она еще более отчетливо обнаружилась при применении левомепромазина (тизерцина), трифтазина, галоперидола и других препаратов. Раннее и затянувшееся упорядочение поведения дает основание ошибочно считать приступ окончившимся и прекратить лечение. В ряде таких случаев это приводит к ухудшению состояния и восстановлению психотических явлений. Наиболее достоверным признаком истинного окончания приступа является способность воспроизвести онейроидные переживания с их критической оценкой, что нередко наступает спустя довольно продолжительное время. Таким образом, первый, наиболее благоприятный регредиентный вариант реагирования больных онейроидной кататонией на нсихофармакотерапию отличается главным образом темпами и сроками наступления ремиссии. Больные с менее благоприятным прогнозом и реагированием на лечение склонны к затяжному течению приступа. Чаще это бывает при достаточной длительности заболевания, но возможно и при первом приступе. При этом отмечается более постепенное развитие приступа, меньшая его острота, что проявляется в стертости аффективных нарушений, менее выраженном возбуждении и калейдоскопических изменениях состояния, преобладании депрессивных явлений над растерянностью. Чаще это бывают больные, уже леченные нейролептиками не только во время предыдущих приступов, но и в межприступном периоде. После наступающего на 1-2-й неделе от начала лечения нейролептиками успокоения больных и кажущегося упорядочения их поведения дальнейшее улучшение, особенно при применении аминазина,

Гипотония

Более стойко держится гипотония с опасностью ортостатического коллапса. Коллаптоидные состояния чаще возникают в первые дни лечения, реже в процессе дальнейшей терапии и обычно не являются препятствием для ее продолжения. У части больных при лечении аминазином возникают экстра-пирамидные расстройства, чаще всего в виде паркинсонического (подострого акинетогипертонического) синдрома. Другим побочным эффектом аминазинотерапии является ака-тиаия (гиперкинетический синдром), сопровождающаяся чувством внутреннего беспокойства, тревоги. При этом нарушается ночной сон, появляется суетливость, назойливость. В некоторых случаях эти .побочные явления сопровождаются обострением основных психопатологических расстройств с усилением аффекта страха, тревоги. Наряду с указанными экстрапирамидными расстройствами у вольных иногда пароксизмально возникают дискинезии – синдром Куленкампффа-Тернова, окулогенные кризы и др. Побочные эффекты в виде экстрапирамидных расстройств в подавляющем большинстве случаев не являются противопоказанием к продолжению лечения аминазином и не требуют уменьшения дозы; обычно они проходят под влиянием корректоров. Из соматических осложнений наиболее серьезным является токсико-аллергический гепатит, возникающий при аминазинотерапии в 0,2-1% случаев. Очень редки аминазиновые паренхиматозные гепатиты с острым течением и неблагоприятным исходом. Как правило, они возникают независимо от дозы препарата и в разные сроки; при их появлении необходимы отмена препарата и соответствующее лечение (диета № 5, витамины B1, В2, В6) РР, димедрол внутримышечно или внутрь, супрастин или другие ан-тигистаминные средства). Аминазиновый гепатит почти всегда заканчивается полным выздоровлением. После ликвидации признаков гепатита следует отдавать предпочтение производным бутирофенона и пиперазиновым производным фенотиазина, обладающим малой гепатотропностью.

Повторные гипогликемические состояния

Повторные гипогликемические состояния, наступающие через различные интервалы после купирования (от получаса до нескольких часов). Эти состояния купируют так же, как и первичные гипогликемии, в зависимости от их выраженности. Единичные повторные гипогликемии не могут быть противопоказанием для дальнейшего проведения инсулинотерапии. При выявлении явной тенденции к повторным гипогликемиям инсулннотерапию обычно прекращают. Затянувшееся сопорозно-коматозное  состояние  в  случае введения небольшого количества глюкозы (20-40 мл 40% раствора) при удовлетворительном пульсе, дыхании и общем состоянии не представляет собой угрозы. Оно связано с недостаточностью мероприятий по устранению гипогликемии, и при повторном введении глюкозы в сочетании с витаминами С и B1 больной пробуждается. Если пробуждение затягивается после вливания большого количества глюкозы (80-100 мл 40% раствора), то такое состояние является одним из самых опасных осложнений инсулинотерапии. Обычно затяяшые инсулиновые комы развиваются после некоторого связанного с купированием пробуждения. Через непродолжительное время, однако снова наступают явления сомноленции и сопора. Лицо становится бледным, зрачки резко расширяются, не реагируют на свет, выражена тахикардия. Вначале гипотонич-ная мускулатура делается напряженной, а затем, при углублении комы, наступает мышечная атония. Нередко вызываются патологические рефлексы (симптом Бабинского и др.). Обычно при затяжных комах наблюдается гипертермия (температура до39°С), а вместо характерного для обычных гипогликемии профузного потоотделения кожа бывает сухой и горячей. Дыхание становится затрудненным, стерторозным. При затягивании комы могут наступать тяжелые расстройства дыхания типа Чейна-Стокса, а также пневмонии, осложняющиеся отеком легких. Нередко наблюдаются тонические и клонические судороги. Анализы крови выявляют признаки ее сгущения и снижения концентрации сахара. Однако при введении глюкозы содержание сахара в крови может колебаться вплоть до гипергликемии, которая при дальнейшем существовании комы снова сменяется гипогликемией. Терапия затяжных коматозных состояний должна быть комплексной, с устранением не только явлений гипогликемии, но и расстройств сердечно-сосудистой деятельности, дезинтоксикацией, нормализацией водно-солевого обмена, купированием судорожных проявлений, предупреждением пневмонии и др.

Показания к применению пирацетама

По быстроте и интенсивности воздействия на нарушения сознания, неврологические нарушения, а также по степени влияния на мнестико-интеллектуальные функции оказался активнее всех других препаратов метаболического действия. Основными показаниями к применению пирацетама являются разного рода состояния, развивающиеся на почве церебральной недостаточности как органического, так и функционального характера, особенно когда имеются данные об участии гипоксического фактора. При психоорганических синдромах травматического, инфекционного, сосудистого и другого генеза, протекающих с нарушениями сознания, применение пирацетама в сравнительно высоких дозах (4-8 г, по данным зарубежных врачей, до 20-30 г) имеет значение для реанимационной практики. Препарат успешно применяется в качестве составной части комплексной терапии при острых травматических психозах, остром периоде инсульта и других экзогенно-органических психозах. Энцефалопатические и церебрастенические состояния разного генеза с преобладанием астенической, астено-депрессивной, астено-ипохондрической симптоматики хорошо поддаются действию препарата. Лечение пирацетамом показано при алкогольной абстиненции, нарушениях интеллектуально-мнестических функций при хроническом алкоголизме, алкогольных психозах, в том числе алкогольном делирии. В геронтологической практике пирацетам применяется для лечения разнообразных церебрастенических, энцефалопатических нарушений, расстройств памяти, интеллектуальных нарушений с ослаблением побуждений, сужением круга интересов и др. Положительное действие можно наблюдать также при разных вариантах старческого слабоумия. В детской психиатрии препарат используется для терапии как острых, так и резидуальных проявлений органических заболеваний центральной нервной системы, при энурезе. В связи со способностью пирацетама улучшать интеллектуально-мнестические функции большие перспективы имеет применение препарата в комплексной терапии умственной недостаточности, особенно при ее органическом генезе. Интересно, что терапевтический эффект получен как при торпидных состояниях, так и при синдромах двигательной расторможенности, что, по-видимому, свидетельствует о патогенетическом действии.

Внушение и самовнушение

Внушение – это вызывание одним человеком у другого различных мыслей, чувств, ощущений, образов, механических движений и вегетативных реакций. Чем меньше размышляет тот, кому внушают, над тем, что ему внушают, чем пассивнее «принимает» он слова внушающего, тем успешнее идет внушение. Чем трезвее, придирчивее обдумывает человек внушаемое ему, тем труднее ему что-то внушить. Чем увереннее, императивнее внушает врач, чем выше для больного его авторитет, чем полнее будет охвачен больной мешающей размышлять эмоцией, тем сильнее поверит врачу и легче поддастся внушению. В этом смысле внушению противоположно разъяснение. Эффект разъяснения тем сильнее, чем критичнее больной, чем спокойнее, будничнее держится врач (чтобы не заражать пациента эмоцией, мешающей думать). Без логического напряжения больного нет разъяснения, как без веры в слова врача нет внушения. Внушение можно проводить как в бодрствующем состоянии (наяву), так и во сне (гипнотическом, неполном наркотическом). Сон, ослабляя критическое мышление, усиливает внушаемость – податливость внушению, способность воспринимать внушение. Самовнушение возможно также в гипнотическом сне, в состоянии «аутогенного погружения» (аутогенная тренировка). Настоящий раздел посвящен лишь внушению и самовнушению в бодрствующем состоянии. Прямое внушение в бодрствующем состоянии, как и гипносуггестивная терапия, показано (в комплексе с разъяснением, иногда с медикаментозными средствами) для лечения истерии, невроза навязчивых состояний, наркоманий и др. Очень важно правильно оцепить клиническое состояние больного и особенности его личности. Существуют разные методики лечения прямым внушением в бодрствующем состоянии больных неврозами, лиц с заиканием, страдающих алкоголизмом. Внушение бодрствующему проводят как индивидуально, так и коллективно.

Гипотимические и гипертимические психопатии

Эти варианты психопатий характеризуются не столько аффективной неустойчивостью, сколько стойким преобладанием пониженного (гипотимия) или, наоборот, повышенного (гипертимия) роопия. Если первым  свойственны  пессимизм и угрюмость, замкнутость, сниженная активность, повышенная утомит,, то вторые, наоборот, оптимистичны, постоянно веселы, дольны, неутомимы, активны. И отличие от циклотимии с чередованием очерченных гипоманиакальных и субмеланхолических фаз при психопатии на протя-1Инини всей жизни стойко сохраняется гипо- или гипертимия аффекта нет. Однако клинические характеристики у одних Пильных сближаются с субдепрессивными, у других – с гипоманиакальным состояниями, что особенно отчетливо проявляется при декомпенсациях. Наряду с коррекционно-реабилитационными и психотерапевтическими мероприятиями в лечении этих больных существенную роль играют психотропные препараты. У лиц с гипотимическими проявлениями снижение настроения, пассивность, вялость, астения поддаются лечению препаратами в основном стимулирующего действия, это психостимуляторы (сиднокарб, сиднофен, настойки лимонника, аралии или заманихи и др.), антидепрессанты (нуредал, и ифен, пиразидол, небольшие дозы мелипрамина, особенно при декомпенсациях), транквилизаторы (триоксазин, рудотель). У больных гипертимной психопатией лучший эффект достигается оодативными средствами – транквилизаторами типа элениума, седуксена, феназепама или, в более выраженных случаях, применением неулептила. Опыт последних лет показал эффективность длительного назначения карбоната лития обладающего нормотимическим действием, особенно выраженным при гилертимии.