Субъективно-идеалистические школы

Комментариев нет

Субъективно-идеалистические школыСторонники различных субъективно-идеалистических школ в философии, психологии и психопатологии безот­носительно к тому, выражают ли они свои мысли откровенно либо завуалированно, рассматривают Я как неза­висимую и самостоятельно существующую субстанцию. Этот принцип субстанциональности Я неизбежно приводит их к утверждению имманентности сознания Я, к отго­раживанию личности от внешней среды, к абсолютному противопоставлению чувственно-предметной сферы со­знания Я сознанию, к отрыву психики от ее материаль­ного субстрата и, наконец, к игнорированию роли соци­ально-исторического процесса в формировании человече­ского сознания.В любом познавательном акте раскрывается следую­щая характерная особенность: например, увидев дом, я говорю: «Это я воспринимаю дом», однако я могу ска­зать иначе: «Это есть дом». При этом смысл останется тот же, но все же в первом случае подчеркивается субъ­ективный характер восприятия, а во втором – объектив­ное содержание его. Конечно, нужно признать мое лич­ное участие в акте видения дома. Тем не менее в любом восприятии, эмоции, рассуждении и действии в обычной практике жизни наше переживание направлено непосред­ственно на объект, существующий независимо от нашего Я, а не на переживание самого себя.
Затрагивая эту особенность в познавательном акте, И. М. Сеченов полагает, что всякое чувствование прояв­ляется в сознании и речи в двоякой форме: без придатка Я и с ним. «В первом случае, чувствование или мысль, облеченная в слово, имеют характер объективной пере­дачи испытанного: „дерево лежит на земле», „собака бе­жит», „кричит воробей», „цветок пахнет». Во втором те же самые акты получают характер описания личного чув­ствования определенной формы: „я вижу дерево лежа­щим на земле», „я вижу бегущую собаку», „я слышу крик воробья», „я ощущаю запах цветка».
Вся разница между ними только в прибавке двух субъективных членов „я вижу», „я слышу», а между тем такой резкой кажется она не только по форме, но и по смыслу: в одном случае передаются события, совершаю­щиеся вне нас, а в другом эти самые события описывают­ся как акты чувствования»
Таким образом, в процессе онтогенетического разви­тия личность, ее самосознание, приобретает способность относиться к актам собственного сознания самокритиче­ски, т. е. научается весьма четко и точно отделять все свое внутреннее, субъективное от всего приходящего из­вне, из объективного мира. Иначе личность не смогла бы самостоятельно существовать. Часто ли сознание нашего Я находится в центре нашего внимания? Представим се­бе, что в любом акте познания и действия мы в своих мыслях и речевой продукции постоянно упоминаем: «Это я вижу, я думаю, я делаю». В этих случаях сознание на­шего Я стало бы фактором, мешающим деятельности че­ловека и снижающим ее продуктивность. Как мы не всег­да направляем наше внимание на ощущения и представ­ления нашего тела, так и не всегда делаем объектом нашего внимания наше собственное Я. Эти самоощущения чаще бывают неосознаваемы вследствие их автоматизации. Конечно, в случае необхо­димости, в силу их эмоциональной потребности, самона­блюдения или патологических отклонений, мы переводим наше Я в центр сознания. Сознание нашего Я обнаруживается всегда во внут­реннем единстве с социально обусловленным психиче­ским содержанием. С. Иодль правильно утверждает, что не существует никакого состояния сознания, в котором наше Я было бы дано без определенного содержания мыслей, желаний. «Чистое» Я, как и «чистое сознание»,- пустая абстракция. Оно есть только словесная и понятий­ная форма, но не психическая реальность.

Метки: , ,

Методика Уотсона

Комментариев нет

При изучении характера следует пользоваться методом экспе­римента, который является основным в современной психологии. Однако, применяя этот метод, надо учитывать всю своеобраз­ность и сложность объекта характерологического исследования. Возникают законные сомнения, можно ли определить характер или отдельную его черту в течение относительно краткого вре­мени, отведенного на эксперимент, есть ли такие внешние дейст­вия, которые являются репрезентативными для характера, и, на­конец, доступно ли для эксперимента создать такую ситуацию, при которой характер или какая-либо его черта проявилась бы адекватным образом. Указанные сомнения не означают отрица­ния права экспериментировать в характерологии, они скорее ука­зывают на трудности, преодоление которых является обязатель­ным для получения в эксперименте должных результатов.
Особенно много экспериментальных исследований характера сделано в США, однако, как будет показано ниже, ценность этих исследований незначительна.
Некоторые методы определения характера основывались на оценках поступков и мотивов деятельности. При­меняя эти методы, занимающие промежуточное положение между анкетами и экспериментами, исходят из недостаточно обоснован­ного предположения, что по осведомленности в том, как надо действовать, можно судить о том, как человек будет фактически поступать.
Майерсон для определения типа направленности употреб­лял метод незаконченных предложений. Испытуемые должны вы­брать одно из предложенных окончаний. Например:
Человек, ведущий хорошую жизнь… упускает случаи повеселиться, приобретает всеобщее уважение, идет в жизни тяжелой тропой, будет обманут жуликами.
Когда состарится он… пожалеет об упущенных удовольствиях, будет спокоен и мудр, встретится с разными искушениями, у его детей не будет денег.

Метки: , ,

Дифференциальная психология

Комментариев нет

Данные соображения, принадлежащие видной представи­тельнице дифференциальной психологии, показывают, что в США, где очень сильна тенденция к стандартизированию слож­ных сторон личности, возникают серьезные сомнения в пра­вильности такой стандартизации. Следует попутно заметить, что и в области интеллекта далеко не все можно привести к едино­образным стандартам, значение отношения личности к выпол­няемым тестам на интеллект доказано.
Если даже в США слышатся протесты против того, что там называют «тиранией тестов», то тем более следует отказаться от тирании факторного анализа, почти полностью основанного на материале тестов и анкет. Отрицание необоснованных пре­тензий поборников факторного анализа не означает того, что этот метод не может никогда дать полезных результатов при изучении личности и характера. Надо его только критически и уместно применять, никогда на одном этом методе не строя да­леко идущих выводов. Факторный анализ принес свою пользу при изучении свойств высшей нервной деятельности, по отноше­нию к которым приведенные сомнения в значительной мере отпа­дают. При усовершенствовании методов изучения характера мож­но получить некоторый предварительный материал с помощью факторного анализа, но этот анализ не решит проблему, а скорее поставит в дополнение новые проблемы, как это обычно полу­чается при рассмотрении его применения. Особенно надо быть осторожными в применении факторного анализа при изучении тех черт характера, которые выражают направленность, содер­жательную сторону личности.
При недостаточном развитии экспериментирования и ограни­ченности применения в характерологии математических проце­дур обработки наиболее распространенным и оправданным ти­пом обработки материала должен быть признан идеографиче­ский или психографический.
Термин «психография» был впервые введен Вильгельмом Бааде с довольно претенциозным и не совсем адекватным опреде­лением как естественно научное, описание психических свойств человека. Основная задача психографии — расположить в системе фактический материал, который имеется в распоряже­нии для характеристики личности.
Широкое распространение психография получила в трудах В. Штерна, исходившего из понимания личности как много­образия в единстве.
Итогом изучения личности служит психограмма, которая следует психографической схеме.

Метки: , ,

Основы характера

Комментариев нет

Итак, мировоззрение, дающее содержание направленности человека, является основой характера. Надо признать в корне порочными теории, ставящие мировоззрение в прямую зависимость от характера данного человека, – истин и мировоззрений оказывается столько же, сколько психологических типов характера. Такие «теории» провозглашались немецкими идеалистами, представителями так называемой постигающей психологии Дильтеем и Ясперсом. По Дильтею, натуралистическое (читай-материалистическое) мировоззрение будто бы присуще только людям «животного» типа, «идеализм свободы» – «волевому человеку», а пантеизм – «созерцателям». Подобные научно не обоснованные идеи распространял и Ясперс, который одно мировоззрение признавал подходящим и правильным для людей
«Постигающая» психология противопоставляет рациональному познанию непосредственное постижение, своеобразную интуицию как главный метод в психологии.
«нигилистического» и «скептического» склада, другое – для «людей действия», третье – для лиц, «находящих опору в бесконечном».
Политическим источником измышлений о зависимости мировоззрения от характера является стремление выделить привилегированные «породы» людей и доказать вечность буржуазного мировоззрения и буржуазной морали. Хотят или не хотят авторы этих «теорий», но они унижают людей, «материалистически», т. е. революционно, мыслящих, пытаясь отнести их к низменным характерам, причислить к людям «животного» или «нигилистического» склада.
Для понимания направленности важно знать не только ее содержание, но и то, что мы условно называем ее психологической характеристикой или психологическими формами направленности.

Метки: , ,

Факторный анализ в психологии

Комментариев нет

19Указанные частные черты настолько сложны, что требуют своего раскрытия, как, например, «тонкий ум» или «вниматель­ность к людям». Никак нельзя согласиться с тем, что вниматель­ность к людям свидетельствует о простоте, а холодность и равно­душие—об изысканности. Указанные частные черты настолько различны, что объединение их в одном факторе является на­тяжкой. Кэттел — один из самых авторитетных исследователей в об­ласти применения факторного анализа в психологии личности. Сомнения, выраженные по приводимым им результатам этого анализа, применимы к другим подобным исследованиям. Например, Гилфорд и Циммерман без достаточных осно­ваний к параметрам темперамента относят: «женственность», «социальность», «мужество», не проводя различие между темпе­раментом и характером. Эти черты, как справедливо указывает В. Д. Небылицын, как бы повисают в воздухе, не, будучи приуро­чены ни к каким неврологическим особенностям организма, и реальное содержание факторов как определенного ряда базальных черт личности остается неизвестным. Приведенные сомнения и, в частности, малая содержатель­ность, если не бессодержательность получаемых в результате факторного анализа выводов, не означают отрицания этого мето­да полностью, когда идет речь о характерологических чертах. Но, во-первых, как правильно сказал Альберт Веллек, «измере­ние не предшествует существованию, скорее существование предшествует измерению», т. е. сначала надо точно знать, что измеряется, а потом в должных границах проводить соответствующее измерение; во-вторых, такие измерения воз­можны лишь в отношении некоторых черт, как например рас­сеянности, выдержки, где есть еще некоторые шансы получить экспериментальные модели, более широкое применение данного метода может его профанировать; в-третьих, следует еще много работать над усовершенствованием техники факторного анализа и условий его применения. Сам Кэттел признается, что реакции испытуемых при диагностике личности зависят от ситуаций, а изучение ситуаций, по его выражению, находится еще в детском состоянии. Надо факторный анализ проводить и так, чтобы коэффициенты корреляции подсчитывались не между тестами или другими данными, а между испытуемыми. Это дает возмож­ность распределять не тесты по факторам, а людей по группам.

Метки: , ,

Раскрытие характеров в художественных произведениях

Комментариев нет

15В художественных произведениях характеры рас­крываются в теснейшей связи с эпохой, с переживаемыми обще­ственными событиями. Достаточно для примера указать на про­изведения, в которых описывается жизнь советских людей в дни Великой Отечественной войны и служащие источником военно-патриотического воспитания советских людей («Молодая гвар­дия» А. Фадеева, «Они сражались за родину» М. Шолохова, «Повесть о настоящем человеке» Б. Полевого, «Брестская кре­пость» С. Смирнова, «Непокоренные» Б. Горбатова, «Звезда» Э. Казакевича, «Судьба человека» М. Шолохова и др.).
Психологи должны не только использовать произведения писателей в характерологических целях, по и оказывать им соответствующую помощь, чтобы углублялась психология характеров литературных героев, устранялись схематизм и уп­рощенчество.
Художественная литература — неисчерпаемый источник для познания характера, и потому недопустимо в психологии игно­рировать этот источник. Вместе с тем не следует отождествлять художественные литературные характеры с жизненными харак­терами. Литературные художественные образы весьма помогают познанию жизни и в том числе человеческих характеров, но они сами по себе подлежат проверке жизнью, которая никогда не дол­жна оставаться на втором плане в характерологии.
В результате применения того или другого метода: наблю­дения и самонаблюдения, беседы и анкеты, анализа продуктов деятельности, эксперимента, а также выбора соответствующего материала из того, что было названо источниками познания ха­рактера: писем, дневников, мемуаров, автобиографий, биогра­фий, литературно-художественных произведений, — получаются характерологические документы. Они весьма различны, и их значение в большой мере зависит от поставленной в исследова­нии цели, но всякое исследование должно включать в себя оцен­ку, выбор и обработку документов или оформленного первично­го материала.
Каждый документ должен быть рассмотрен с точки зрения указанных выше принципов: является ли он в подлинном смысле документом (прежде всего есть ли его пас­портизация, например, если речь идет о протоколе наблюдений, то имеются ли данные, когда, где, как проводились эти наблюде­ния), насколько документ надежен, не случайны ли в нем дан­ные, достаточно ли он объективен, удовлетворяет ли он при­нятым критериям, принята ли во внимание не только объектив­ность данных, но и субъективная их сторона (например, отно­шение испытуемого к эксперименту).

Метки: , ,

Общественные психические состояния

Комментариев нет

Однако все эти состояния могут иметь и более «мягкие» формы, в отдельных случаях даже не лишенные положительного значения. Например, состояние беспокойства может служить сигналом к устранению имеющихся недостатков, к воспитанию уверенности, решительности, смелости.
Существуют не только индивидуальные, но и общественные психические состояния, которые изучаются в социологии и соци­альной психологии. Так, Б. Д. Парыгин в своей работе рас­смотрел природу и структуру общественного настроения, его ме­сто и роль в социальной жизни, динамику и формирование. На­строения занимают большое место в общественных психических состояниях, но было бы неверно все психические состояния рас­сматривать как настроения. Некоторые состояния, как, например, рассеянности или утомления, не характерны своей эмоциональ­ностью, а некоторые состояния имеют такую эмоциональность, которую только с большой натяжкой можно подвести под кате­горию настроения (энтузиазм, пафос).
Психическое состояние как особая психологическая категория имеет много общего с индивидуальными свойствами личности, и в первую очередь с характером.
Как и характер, всякое психическое состояние выражает син­тетический взгляд на психическую деятельность, т. е. ее извест­ную целостность. Психическое состояние, как и характер, следу­ет анализировать, но в результате анализа должно быть синте­тическое понимание психической деятельности, не сводимое к ее компонентам.
Как и характер, психическое состояние своеобразно. Как не существует двух одинаковых характеров, так нет и одинаковых психических состояний. Необходимость в науке делать обобще­ния, находить в своеобразном нечто присущее группе объектов не противоречит решению весьма существенной задачи при изучении как характера, так и психического состояния, определения индивидуальных особенностей. Поэтому как характер, так и пси­хическое состояние трудно моделировать.

Метки: , ,

Классификация Лесгафта

Комментариев нет

07Положительной стороной школьных типов Лесгафта надо считать их психологическую продуманность. Можно не соглашаться с некоторыми теоретическими положениями автора и, в частности, с его пониманием типа и уровня развития ребенка, но никак нельзя отказать Лесгафту в последовательности и содержательности психологического анализа.
Второй положительной стороной надо признать динамичность типов, большой акцент, делаемый на происхождении каждого типа и на значении воспитательной работы. Глубокая вера Лесгафта в могучую силу воспитания позволяет ему видеть в детях существа, за характеры которых главным образом, если не исключительно, ответственны воспитатели. Эта же вера помогла ему видеть возможность улучшения каждого типа, так как ресурсы человеческой природы неисчерпаемы. Типы Лесгафта основаны на наблюдениях над» учащимися школ царской России. Сами названия отдельных типов показывают, что автор, весьма оптимистически оценивая силу воспитания, не был оптимистом в своей оценке условий школьного воспитания того времени.
Надо вместе с тем помнить, что в типологии Лесгафта учащиеся рассматриваются главным образом со стороны сознательного отношения к среде и нравственного развития, понимаемого как отношение к правде. Гораздо меньшее выражение в этой классификации нашли такие черты, как власть над чувствами, преодоление препятствий и принципиальность, которые сам Лесгафт считал важнейшими в характере.
Типология, предложенная Лесгафтом, должна быть признана важной и прогрессивной вехой в характерологии. Конечно, она отражает свое время, в наших советских общественных условиях нет почвы для появления типов забитых, угнетенных и т. п., все же сам подход к типологии, глубина и перспективность анализа типов не вызывают сомнений
Развернутую типологию дал Лазурский в своей книге «Классификация личностей». Предпосылками для этой классификации были: различение эндопсихики и экзопсихики, различение низшего, среднего и высшего психических уровней в зависимости от сложности, богатства личности и ее приспособленности к среде и деление по «психическому содержанию» или содержанию психических процессов. Последняя предпосылка послужила основой для различения типов чистых, смешанных, комбинированных и извращенных.

Метки: , ,

Термины психология

Комментариев нет

011Ряд терминов взят из словаря психологии. Так, для обозна­чения различных черт характера мы пользуемся словами «эмо­циональность», «эффективность», «внушаемость», «импульсив­ность», «заторможенность» и т. п. Другие термины позаимствованы скорее из бытовой лексики. При этом одни из таких терминов не заключают какой-либо оцен­ки черт (живость, подражательность, осторожность и т. п.), а другие связаны по своему значению с положительной оценкой черты (отзывчивость, правдивость, стойкость, мужество и т. п.). Некоторые термины получили происхождение в определенную эпоху и отразили отдельные события, и настроения своего време­ни. Например, во времена реформации были введены и полу­чили распространение такие термины, как «изувер», «фанатик», «благочестивый». В советском обществе характерологическое значение имеют такие термины, как «передовик», «новатор», «активист». Многие термины взяты из художественной литературы. Мно­гие литературно-художественные образы стали нарицательными именами для обозначения сложных черт характера. Так, некото­рых людей называют Дон-Кихотами, Гамлетами, Обломовыми, Хлестаковыми и т. п. Нередко при всем богатстве характерологического словаря его оказывается недостаточно; часто является необходимость заме­нять точные термины описательными выражениями, как, напри­мер: «У.этого человека слово не расходится с делом»; «Этот человек, если захочет чего-либо, то добьется»; «Он живет для других, забывая о себе» и т. п. Для характеристики человека пользуются также словами не в собственном, а в переносном смысле. Например, сравнивают человека с кремнем, золотом, змеей, орлом, львом, зайцем и т. п. В некоторых случаях для обозначения одной и той же черты имеются синонимы (зазнайство и чванство, стойкость и твердость и т. д.)- Различая тонкие оттенки значений синонимов, можно найти отличительные особенности сходных черт характера. На­пример, словом «зазнайство» подчеркивается преувеличенное са­момнение и отсутствие критического отношения к себе, а словом «чванство» — стремление выделиться, унизив других людей.

Метки: , ,