Скорость восприятия объектов

Комментариев нет

Скорость восприятия объектовВ процессе жизненного опыта функция опознавания непрерывно со­вершенствуется, в то время как острота зрения может оставаться неиз­менной.Совершенно ясно, что для восприятия того или иного объекта необ­ходимо некоторое время. Это время будет характеризовать следующую интегральную функцию глаза – скорость различения.
Скорость или быстрота восприятия (опознания) объектов является функцией зрения, определяющей собой производительность зрительного анализатора при ограниченном времени предъявления (фиксации) объ­екта. Она характеризуется минимальным временем, за которое глаз мо­жет проявить остроту зрения и контрастную чувствительность, задан­ную тестом. Эта интегральная функция анализатора, несомненно, зави­сит от функционального состояния высших отделов коры головного мозга.
Напомним, что в зрительной системе существует так называемая фаткосрочная память, удерживающая изображение некоторое время реального исчезновения. Эта длительность инерции зритель сто раза как и другие характеристики, не является константой, величиной, а варьирует в зависимости от условий и качества Вичиского раздражителя. Время инерции зрения в первую очередь от яркости фона. При значительной яркости оно равно 0,05 с, но 0 2 Понижением (менее 10 кд/м2), что весьма интересно, возрастает до точно однако при яркости фона больше 100 кд/м2 можно с достаточной считать время инерции неизменным и равным 0,05 с. за энерция зрения является важнейшим условием опознания, так как
время инерции осуществляется усреднение световых воздействий на сетчатку, необходимое для выделения и опознавания полезного сигцала – объекта опознания.
Время инерции прямого зрения пропорционально скорости восприятия и так называемому запасу видимости.
Запас видимости характеризуется контрастной чувствительностью практически определяется отношением существующего при реальных костных условиях контраста объекта с фоном (К) к пороговому конт расту (Кпор). При определенном уровне яркости поля адаптации для каждого объ­екта определенного углового размера с известной конфигурацией есть свой максимальный запас видимости. Превышение этой яркости не увеличивает видимости объекта (скорость зрительного восприятия остает­ся постоянной), т. е. для зрительной работы определенного характеоа существует свой максимальный (можно сказать оптимальный) уровень яркости рабочей поверхности.
Изучение зависимости скорости зрительного восприятия от уровня яркости поля адаптации и от размера объекта различения является весьма информативным методом.

Метки: , ,

Острота зрения

Комментариев нет

Видимая радиация оказывает влияние на разнообразные функции зрительного анализатора: на световую чувствительность и адаптацию’ контрастную чувствительность и остроту зрения, устойчивость ясного видения и быстроту различения и др.Закономерности изменения функциональной деятельности зритель иного анализатора под влиянием видимой радиации у взрослых относительно хорошо изучены физиологией зрения. Здесь будут приведены лишь основные характерные изменения состояния зрительного анализа­тора подростков под влиянием различных уровней видимого излучения как до, так и после соответствующей функциональной нагрузки, каковой являлась зрительная работа определенного характера.
Как известно, зрительный анализатор воспринимает свет лишь при достижении им определенного уровня.
Минимальная световая энергия, которая способна вызывать ощуще­ние света, называется порогом светоощущения, который зависит от длительности действия света, от цвета и от угла зрения, под которым наблюдается световой раздражитель.
При изменении яркости поля зрения в зрительном анализаторе про­исходят процессы адаптации, при которых, в частности, в светочувстви­тельном слое сетчатки возникают биохимические, ретиномоторные и электрические явления.
Условием, позволяющим увидеть объект, является наличие яркостного контраста между ним и фоном. Способность глаза различать едва заметные разности яркостей обозначается термином «разностная или контрастная чувствительность». Она характеризуется тем минимальным различием в уровнях яркости детали и фона, при котором глаз в со­стоянии воспринять объект данного размера при заданной яркости фо­на. Наименьшее, заметное глазу отличие яркости объекта и фона назы­вают пороговой разностью яркости.
Отношение разностного порога к яркости фона называют диффе­ренциальным порогом, или пороговым контрастом. При изменении яр­кости разностный порог возрастает при увеличении яркости фона.
Величина, обратная пороговому контрасту, будет определять конт­растную чувствительность (во сколько яркость фона выше пороговой разности). С увеличением яркости фона контрастная чувствительность возрастает. Отметим, что этот показатель весьма чувствителен и ис­пользуется для оценки световой обстановки. Видимая радиация оказы­вает влияние и на остроту зрения, т. е. на способность глаза увидеть форму детали, различая ее очертания. Острота зрения определяете тем минимальным угловым размером объекта, при котором глаз состоянии различать объект при заданных яркостях фона и пор контрастной чувствительности. Острота зрения определяется величин, обратной угловому размеру объекта различения. Это минимальное у ловое расстояние называют разрешающим углом зрения; чем он м ше, тем больше острота зрения, т. е. тем больше разрешающая способность глаза  может при нормальной разрешающей способности глаз человека, и различать деталь при относительно высоких уровнях освещение) максимальном контрасте объекта и фона, угловые размеры ко и равны 1 мин (это соответствует условиям рассматривания деталь мером 1,45 мм при расстоянии 5 м).

Метки: , ,

Этико-психологические проблемы

Комментарии отключены

В современной психиатрии имеется целый ряд нерешен­ных этико-психологических проблем, которые в конечном счете затрагивают личность больного. Так, едва ли с этической точки зрения можно оправдать применение поня­тий о «некурабельных» «безнадежных» больных. Вне сомне­ний, эти термины несут в себе элементы ятрогении и отрицательно влияют на весь лечебный процесс, заранее создавая неблагоприятную нравственно-психологическую об­становку вокруг больного. То же можно сказать и о делении больных на «интересных» и «неинтересных». Ведь в соответ­ствии с таким делением распределяется и внимание медицин­ского персонала между больными. Поэтому одностороннее увлечение атипичной клиникой нередко ущемляет интересы другого больного, для которого важны не академический спор об «интересности» или «банальности» того или иного случая, а восстановление его здоровья, чуткость и внимание врача.Существенные успехи в лечении психических заболева­ний психотропными средствами общеизвестны. Здесь основ­ные усилия врача направлены на выбор адекватной биологи­ческой терапии исходя из симптомов, синдромов и клиники болезни. Что же касается личности больного, то ей пока не уделяется должного внимания. Очевидно поэтому у нас так мало работ, посвященных психотерапии эндогенных психо­зов. А некоторые врачи-психиатры пытаются всю психотера­певтическую работу подменить фармакотерапией и трудоте­рапией. Такой подход несовместим с целостным пониманием человека как организма и личности. Он вступает в противо­речие с гуманистически ориентированной медициной. В какой-то мере этот недостаток восполняется целостной системой реабилитации с ее -апелляцией к личности психиче­ски больного. Много сложных клинических, этико-психологических и правовых проблем постоянно возникает в системе отношений «врач – больной-семья-общество».
Известно, что психическая болезнь проявляется не толь­ко на уровне биологических закономерностей. Она затраги­вает личность больного, изменяя образ мыслей и образ действий. В таком понимании болезнь является экстремаль­ной ситуацией как для больного, так и для членов его семьи. Каждая болезнь воспринимается и оценивается личностью в зависимости от ее индивидуальных особенностей, характера заболевания и имеющейся у нее медицинской информации. В настоящее время довольно часто встречаются пациенты, которые еще до прихода к врачу располагают некоторыми сведениями о своей болезни. Эту информацию они получили либо из доступной им медицинской литературы, либо из других источников. Иногда аналогичной информацией распо­лагают и родственники больного, но их отношение к ней может существенно отличаться от оценки ее больным. Оценка заболевания больным и его родственниками зачастую не совпадает с оценкой врача. Таким образом, мы имеем три реально существующие модели болезни. Их полная или частичная несовместимость служит иногда поводом для образования конфликтных этико-психологических ситуаций.

Метки: , ,

Морально-правовые аспекты клинического эксперимента

Комментариев нет

В последние десятилетия медицина развивается особенно бурными темпами. Все более утверждается тенденция к уточнению явлений, ранее характеризуемых лишь с каче­ственной точки зрения. Этим объясняется вторжение в медицину биоматематики, биостатистики, кибернетики. На­лицо стремление использовать в клинике все преимущества экспериментов, проводимых на животных. Это означает, что следует уточнять полученные результаты с помощью конт­рольных сравниваемых групп и случайной выборкой иссле­дуемых объектов (рандомизация). Необходимо исключить субъективные моменты со стороны как наблюдающего, так и наблюдаемого. Таким образом, развитие идет по линии: клиническое исследование, контролируемое клиническое ис­следование, рандомизированное клиническое исследование, двойные вслепую рандомизированные клинические исследо­вания.У сторонников и пропагандистов модифицированных та­ким образом клинических экспериментов имеются два силь­ных аргумента. Во-первых, контролируемые исследования во многих случаях помогли ускоренному выяснению действен­ности профилактических и лечебных методов и их быстрей­шему введению в широкую практику. В качестве примера можно привести работы о воздействии вакцинации на поли­омиелит или подтверждение действенности стрептомицина на туберкулезные поражения у человека, полученное в начале 50-х годов.
Во-вторых, исследования, в которых соблюдался принцип контрольной группы, очень часто выявляли отсутствие, а иногда даже и вредность многих новых лечебных методов, имевших субъективно положительную оценку. В качестве примера можно привести объективную оценку неэффектив­ности перевязки a. mamaria interna при грудной жабе. Многие больные могли бы избежать ненужного операцион­ного риска (были описаны и смертельные исходы), если бы до этого были проведены контрольные исследования. Дру­гим, еще более убедительным, примером может служить метод лечения язвы желудка охлаждением (замораживани­ем). Этот метод ввел в практику американский врач Wangen-steen в 1962 г., сконструировавший для его аппликации специальный зонд с баллоном, подводящий к точке локали­зации язвы замораживающую смесь. Метод распространился очень быстро. Было выпущено около 400 аппаратов, с помощью которых на протяжении 1962-1963 гг. лечению было подвергнуто около 4000 больных. Однако контрольное клиническое исследование, которое было проведено позже и в котором приняло участие 5 медицинских учреждений, показало, что метод не представляет никакой ценности и даже вреден, ибо замораживание язвы может привести к некрозу стенки желудка.

Метки: , ,